Москва – не заграница | Катя Сергеева ака Лампочка | прикольные истори из жизни и путешествий



Приколы из жизни НАШИХ за бугром

Москва – не заграница

Выпуск номер 76. (25.01.2004)

Всем от меня привет!

Щаззз такой прикол расскажу о том, как я тормозить умею! Обычно перед тем, как стартануть новый выпуск рассылки, я смотрю, "а сколько это там народу с прошлого выпуска добавилось?". Интересно ведь, сколько впервой со мной нос к носу столкнётся. Смотрю сегодня 11334, а 31-го декабря было 11167. В уме лень прикинуть, открыл куркулятор виндовский. Набрал 334, набрал минус, набрал 167, нажал равно, а 167 не исчезло. Чё за глюк? Я снова. Не исчезло 167! Ну ничего не происходит после нажатия равно! Начал проклинать Майкрософт вообще и Била в частности, но решил таки проверить на других числах. Из 334 отнял 166 и получил 168 ... подозрительно, я насторожился, подумал, пересчитал, мля, как можно было так облажаться. И после всего этого, я иду завтра защищать дипломный проект, после учёбы в колледже на программиста и инженера по компам. Люди, держите за меня кулаки, больше мне не на что рассчитывать.


Новость сегодня такая. Катька накатала очередной рассказ. После "Восхитительной Чехии" и "Романтики улиц" появилась "Москва – не заграница". Всё в рассылку не влезло, только первая часть, продолжение у Катьки на сайте Да кстати, от заикания действительно избавляют. Можете послушать, на сайте Катькины стихи в MP3.


Москва не заграница.

История болезни.

Началось все в три года, когда воспитательница в детском саду заперла меня в чулане и держала там до тех пор, пока я не начала заикаться. До 18 лет (т.е. когда я жила в Хабаровске), я была уверенна, что при моей внешности, это скорее проблема моих слушателей, чем моя. Но в Израиле участливые дяди и тети со всех сторон принялись объяснять мне, что это не так, а, поскольку, минимальными знаниями по теме они в большинстве своем не обладали, то, в конце концов, начали сводить меня с ума. После очередного предложения (что-то типа "Почему ты не делаешь операцию во рту") вопрос о том, чтобы стать пациентом уже не оспаривался, оставалось только решить, к кому идти - к психиатру, или к психотерапевту. Но вторые беспомощно разводили руками, не забывая взять с меня кучу бабок за свои сеансы, а к первым пока что идти не хотелось. Это могло бы кончиться очень грустно, но кончилось очень весело - копаясь в просторах рунета, я нашла-таки свое спасение. Оказывается в Москве не только знают, что такое заикание, но даже умеют от него избавлять при помощи методики Некрасовой. Вкратце это логопсихотерапия, занятия в группах, каждый д ень, в течение полутора месяцев - и выходишь оттуда со странным ощущением, что революция, о которой так долго говорили... в общем, что она свершилась.

Но у меня все было не так. Ехать на полтора месяца в Москву было делом нереальным, зато на форуме заикающихся (можете посетить, только не обзывайтесь), появился "старик" группы Некрасовой Николай, прошедший ее в 1988 году (он об этом лучше рассказывает вот здесь). Как-то само собой вышло, что завязалась активная переписка, и Николай по интернету не только вытащил меня из плачевного состояния, но практически довел до уровня выпускников этой группы.

Николай
Николай

Жизнь заиграла новыми красками, а участливые дядьки превратились вдруг в нормальных мужиков (здесь по идее должна быть картинка "до" и "после"). А в октябре Николай с женой пригласили меня пройти двухнедельный поддерживающий этап группы 2003-го года в Москве, и я, неожиданно для себя, согласилась.

Из Золотого в Златоглавую.

Признаюсь своей подруге Оле из Питера:

- Знаешь, я никогда в Москве не была...
- Да ладно, я тоже...

Подъезд Совковый
Я снова в совковом подъезде

И вот я прилетаю в столицу своей Родины, в которой в честь моего приезда понабросали везде снегу, температуру в градуснике снизили - после Иерусалимских 32 градусов тепла топтание по белому и скрипучему казалось мистикой. Захотелось увидеть пьяных мужиков в ушанках и с гармошками, баб в кокошниках и Аллу Пугачеву, но вместо этого ждало Внуково - не самый привлекательный аэропорт, зато хорошо напоминающий о советских временах каждой своей выбоиной.

Но приколы начались еще с трапа самолета. Когда через двадцать минут после посадки, все пассажиры набились-таки в автобус, он постоял для приличия еще несколько минут, а потом просто взял и развернулся в другую сторону, и открыл нам свои двери прямо возле входа в аэропорт. Хм... То ли они подумали, что гости из Израиля не в состоянии пройти самостоятельно 20 метров, отделяющие вход от трапа, то ли по уставу автобус положен был БЫТЬ, то ли водитель был антисемитом. Короче, сначала мы двадцать минут мерзли в автобусе, потом еще двадцать минут ржали от такого рашн джоук. В туалете, разумеется, туалетной бумагой и не пахло, зато пахло всем другим туалетным, и ассоциативно-нюхательная память донесла до меня ностальгические картины детства и отрочества. В соответствующем расположении духа я вышла в зал ожидания, а дальше все пошло вообще как-то нереально. Во-первых: впервые вижу человека, который стал для меня практически отцом по интернету, во-вторых: снег, в-третьих: все по-русски - О-ё! Еще несколько часов назад покупала носки на иерусалимском рынке, а теперь еду в московском метро и разглядываю ихние лица.

- Николай, почему мне кажется, что все русские на одно лицо?
- Это потому, Катя, что у нас у всех маленькие носы.

До меня доходит, что у НАС русские все-таки не совсем русские, и от этих людей в метро они все-таки отличаются, причем ничем и ным, как названной частью тела и национальностью. Припомнив в уме лица друзей и знакомых, я соглашаюсь с Николаем: носы у русских просто микроскопические.

Художник Пьянов. В метро
К вечеру метро пьяненет

Завтрак туриста: Где-то в середине каждого вагона метро параллельно его стенкам и на высоте примерно полметра проходит особая невидимая иногородним прямая, на которой располагаются особые точки в эти точки сосредоточенно смотрят москвичи, не занятые чтением книг. Вы можете с интересом их разглядывать, строить им рожи и даже зарисовывать - проверенно, души этих людей витают далеко за пределами метро, здесь только рассаженные случайным образом телесные оболочки.

Только к вечеру там начинается какое-то движение - это катаются по полу пустые банки из-под пива: ввиду отсутствия малейшего намека на урны в вагонах и залах метро, люди оставили за собой право класть их прямо под себя, не сводя глаз с заветных точек.

Вы пробовали когда-нибудь слабоалкогольные напитки? Нет, не пиво, и не коктейли, а конкретные слабоалкогольные напитки? Нет? Правильно, их не существует. Их придумали москвичи после запрета рекламировать в метро сильноалкогольные напитки. И сейчас все стены развешаны плакатами с крупными изображениями разноцветных баночек, которых никогда не было в природе и не будет, а снизу подписаны названия известных производителей, типа "слабоалкогольный напиток "Столичная"".

Теперь в течение недели мне предстояло догонять недопонятое по интернету, а потом две недели группа. Началась, было, приятная рутина: утром мы с женой Николая Наташей стоим перед зеркалом и сравниваем прически - у кого смешнее. Днем они на работе, а я, как хороший ребенок делаю разные там упражнения. Вечером - воспитательная взбучка от Николая, плавно перерастающая в травлю анекдотов на кухне, распитию пива и последующую лечебную медитацию.

Но тут появился герой другого романа и не по сценарию влез в это распорядок. Это был Юра Волков - моя первая любовь, случившаяся давно и длившаяся ровно 9 месяцев - срок, достаточный для того, чтобы выносить и родить мысль о том, что разбегаться надо НЕМЕДЛЕННО. И вот, через 6 лет после этого знаменательного события, Юра Волков узнает, что я жива и невредима, и, более того, собираюсь в Москву.

двое придурков
Мы с Волковым 7 лет назад

И... я знала, конечно, что Волков псих ненормальный, и что только он способен прилететь из Хабаровска в Москву, чтобы типа пообщаться...Поэтому не удивилась, когда на третий день моего приезда в доме Николая прозвенел звонок и сообщил, что вступил своими ногами на Московскую землю и уже сразу жаждет общения с гражданкой Сергеевой. Мне вдруг стало четырнадцать лет, и я запрыгала от радости. Потом вдруг стало двадцать один, и я подумала: чё за трипы нереальные??? Зато теперь мне было, с кем рассматривать Московские достопримечательности помимо людей в метро. Поэтому следующая часть:

Москвич бежал за поездом метро, делая вид, что прогуливается.

12 часов дня, я подхожу к Большому театру, напевая песенку "Ждет у подъезда мальчишка, может я смелая слишком, что разрешила себя поцеловать...". Однако же мальчишка никакой не ждал, т.е. я, как всегда, пришла вовремя, а Волков, как всегда, опаздывал на свидание. Вместо него, задорно на меня поглядывая, вокруг начал ходить мужик в плаще. Мужик в плаще... так, так... Мужик в плаще! Ха, неужели это то, о чем я подумала? - подумала я. Мужик тем временем подходит ко мне и... а об этом мы поговорим после рекламы.

менты и туалеты
Менты на фоне туалетов

Завтрак туриста: По всему центру Москвы расставлены био-туалеты, в том числе и на площади возле Большого. Теперь ходить по Большому можно, не только непосредственно в Большом, но и за его пределами. Туалеты, хоть и заметно убавляют величавости от вида столицы, зато решают известную проблему неприятного запаха в московских подъездах. Они небесно-голубого цвета снаружи и химическо-ацидного запаха изнутри, и вообще, когда подумаешь о принципе их работы, то становится не по себе.

Мужик в плаще подходит ко мне и предлагает "по дешевке" билеты на спектакль в Большом театре. Я отказываюсь, у меня сейчас и так спектакль начнется. Наконец прибегает Волков, и я понимаю: он не изменился.

Несколько романтических воспоминаний о Волкове:

1.Волков угрожал змеей учительнице химии, чтобы она поставила ему тройку в четверти, вместо двойки.

2.Волков за одну ночь выучил всю химию и стал отличником.

3.Волков был толкинистом и звался Scerebor, а кириллицей это писалось как Ысукуищк.

4.Волков принес мне елочку на Новый год через полтора года после расставания.

5.Волков женился в 18 лет.

6.После моего отъезда, Волков написал серию антиизраильских стихов. Вот один из них:

На свободу с легким сердцем и чистой совестью.

Безлунной ночью в тёмное окошко
Негромко кто-то скрёбся и сопел.
Сначала показалось - кошка,
А это Божий Ангел прилетел.

Кем послан был, история молчит,
Быть может даже Господом самим,
Но его голос до сих пор звучит:
"Езжайте, Катя, в Иерусалим.

На тучных пастбищах Земли Обетованной,
Средь обретённых братьев и сестёр,
Откроются Вам тайны мирозданья,
Те, что сокрыты были до сих пор.

Там всё не так. Там даже воздух чище!
И там всего и сколько хочешь есть!".
А здесь... Что здесь? Здесь серо всё и нище.
Вот только Родина наверно всё же здесь!

Но Вам плевать. А не плевать - наплюйте.
Зачем Вам Родина, огнём она гори?
Российский паспорт в унитаз засуньте,
И с лёгким сердцем - в Иерусалим.

Ну вот, мы шагаем с Юрой по столице нашей Родины прямиком на Красную площадь. Идем, шутки шутим, смеемся, можно даже сказать ржем, разговариваем обо всякой фигне, как будто я и не жила четыре года в Израиле, а Волков не жил четыре года со своей медсестрой. Пришли - его пробила патриотическая слеза, гляди, говорит, Катька, это же ОНО!!! Сердце России, красота-то какая. Я по определению патриоткой России не являюсь, поглядываю подозрительно на многократно виденную мною по телевизору красоту и ною: пошли скорее на Арбат, на художников посмотрим. "Нет, в Кремль!!! Мы и идем в Кремль!" - ленинским жестом показывает патриотический Волков и тащит меня куда-то влево. "Ага, ты еще в Мавзолей меня пригласи", - обижаюсь я. Доходим до Кремля и оба победно друг на друга смотрим: Волков, потому что завел меня все-таки в нужное ему место, а я потому, что заметила надпись "Кремль закрыт". Значит провидение на моей стороне, и мы идем на Арбат.

Красота-то какая
Волков на фоне кремля

Завтрак туриста: Если вы привыкли обращаться к прохожим фразами типа "Извините, пожалуйста, как пройти в небезызвестное вам место?", то у вас нет никакого шанса найти это место в Москве. Здесь в почете краткость: "Арбат где???" - кричите вы, преграждая путь пролетающему мимо человеку. Человек, не сбавляя скорости, махает вам в неопределенном направлении: "Там", и вас отбрасывает в сторону волной воздуха, исходящей от него. Потыкавшись немного в направлении "там", мы с Волковым решили действовать со смекалкой и изобрели новый патент узнавания дороги в Москве.

Спрашивать надо у людей рабочих: дворников, уборщиков, листограбельщиков, пискоструйщиков. С удовольствием отвлекшись от работы, эти люди подходят к вам, закуривают сигаретку и обстоятельно разъясняют все возможные пути до Арбата и обратно.

Арбат и правда находится "там" и представляет собой узкую улочку. На улочке тесными рядами сидят мои коллеги со знакомыми по рекламке девочки из Пи-пи-пи портретами Мерлин Монро, Путина и Гафта. (прочитать рассказ о том, как промышляю этим делом в Иерусалиме можно здесь). "Все, Волков, без портрета мы отсюда не уйдем", - во мне заиграл профессиональный интерес. Меня рисовали тысячу раз, и ни один портрет не был похож. Ну уж тут-то, в Москве... В Москве!!!

- Простите, сколько стоит у вас портрет?
- 500 рублей.
- Ну и ни хрена себе у вас в Москве цены...

Не то, чтобы не похоже...
Дяденька, за что ж вы меня так?

В конце концов, два мужика, к которым я обращаюсь, соглашаются нарисовать портрет за 400 деревянных, я радостно усаживаюсь. Один мужик лениво говорит другому: "Иди ты рисуй". Другой мужик поднимается и лениво раскладывает стульчики. "Это че, у них одна реклама на двоих, что ли?", - я пожала плечами, у нас в деревне такого отродясь не бывало. Мужик начинает размахивать кистью, а я начинаю рассказывать ему о нелегкой жизни уличных художников в Израиле:

"Нас, говорю, там всего три штуки, и берем мы, в отличие от вас, красавцев, всего по 50 шекелей за портрет". Мужик сочувственно качает головой. "Хотя, продолжаю я, вы-то тут вона как, а мы там так себе... И рисуем по двадцать минут всего..." "Двадцать минут??? Всего???" - искренне удивляется мужик. Тут я догадываюсь спросить: "А вы? А вы сколько времени рисуете?..." Мужик уклоняется от ответа: "Ну, минут так сорок..." Я сглатываю замершую слюну. "Холодно у вас тут, однако", - замечаю я. Холод начинает пробегать по моему телу все чаще и чаще. Волков тем временем, чтобы не замерзнуть, носится по рядам и развлекает ленивых художников хабаровскими шутками. А я неподвижно сижу на стульчике и медленно превращаюсь в Холодную Роковую Женщину. "Волков!!! - кричу я, - что-то стало холодать!!! Не пора ли нам поддать???" "Пора, пора, - радостно кричит Волков, отбегая от очередного дядьки с Гафтом, - только пусть он сначала портрет дорисует!". Логично, думаю я, но эта мысль меня не успокаивает. Мужик продолжает размахивать кистью, а Волков скрывается в кулинарном магазине, находящемся напротив. Вот падла! Погреться пошел! Меня затрясло еще сильнее, я подумала было, что от злости, но поняла, что нет, что мне приходит конец. "Тепло ль тебе, девица? Тепло ль тебе, красная", - издевается дядька. "Тепло, дяденька, вы рисуйте, не отвлекайтесь". Если сам видит, что красная вся, то зачем спрашивает? Тут из двери кондитерской появляется Юра с горячим кофе и пирожным и кладет добычу на асфальт подо мной. "Барух ата, адунай", вырывается из меня, пришло мое спасенье. Но кофе, попадая в мой холодный рот, мгновенно охлаждалось, невкусным же оно было с самого начала. Дальше я ничего не помню.

Через полтора часа мое оцепенение прервал художник, объявивший о том, что он кончил. Я хотела было посоветовать ему обратиться с этой проблемой к сексологу, но тут он показал мне портрет. "Ааааа", - испугалась я, но ничего больше не сказала и побежала в находящийся неподалеку био-туалет. Через пять минут мы с Волковым уже стоим в кондитерской за стоячим столиком, пьем кофе с коньяком и с сомнением разглядываем нарисованное лицо. "Это Гафт!", - говорю я. "Да ну тебя, похоже", - успокаивает Волков. "Похоже-то, похоже, только не обязательно было подтверждать этим портретом то, что и так все знают. То, что я произошла от обезьяны". Одним словом, я обиделась. Ну зачем же он так? Ладно бы еще не похоже было, так ведь похоже, но... некрасиво как-то. Не хорошо. Не эстетично. Но тут за наш столик по очереди начали вставать наши земляки с Дальнего Востока, и неудачный портрет забылся. Немного отогревшись, мы пошли гулять по Новому Арбату - на старый уже как-то не тянуло.

Завтрак туриста: Заходя в Торговый центр на Новом Арбате, знайте: там вы можете встретить народного артиста России Михаила Михайловича Державина, который с удовольствием с вами сфотографируется, а также расскажет Несколько интересных историй о своих гастролях в Израиле.

Михаил Державин
Михал Михалыч любезно согласился сфотографироваться со мной

На следующий день мы решили поклевать посеянное кем-то разумное, доброе, вечное и пошли в Третьяковку. Возле картины "Явления Христа народу", Волков сказал неприличное слово про евреев. Я офигела: "Ты думай, кому ты это говоришь!" Завязался спор, чуть ли не переходящий в драку с мордобитием. Проблемы еврейства, так волнующие Волкова, плавно переросли в охаивание им американцев, немцев, иностранцев вообще, москвичей, работников музея, а главное - нашего общего с Юрой хабаровского знакомого Валю Гомза, не имеющего, кстати, никакого отношения ни к тем, ни к другим, ни к третьим. Из всего этого выходило, что единственным человеком, имеющим право на существование в этом мире, является он сам, Юра Волков Великий.

Притча о Вале Гомза.

Валю всегда не любили гопники. Не любили его и неформалы, но они хотя бы не били, поэтому Валя считался панком еще тем. Валя был большим. Очень большим. А девушек себе выбирал очень маленьких. И средних. И больших. В общем всяких, какие попадутся. Девушек у Вали было много, когда сразу, когда по очереди. Появлялись они неизвестно откуда и исчезали неизвестно куда, поэтому если их и видели, то только в Валином обществе. Но притча не об этом. А о Валином доме.

Зная, где находится Валина многоэтажка, совсем не нужно было знать остальных подробностей адреса. Заметив крупную надпись "Гомза лох", написанную местными гопниками на дверях подъезда, нужно было зайти в него и, следя за надписями, медленно подниматься вверх. По мере скопления надписей "Гомза лох", приближалась Валина квартира, а возле его звонка от этих н адписей было черным-черно. Ошибиться было невозможно.

Когда мы с Волковым поругались окончательно, а потом отошли, то поняли, что из Третьяковки надо срочно валить, так как там, на картинах, то и дело мелькали носатые лица, чреватые новыми конфликтами. Мы зашли в ближайшее бистро и расположились. "Напомни мне в семь позвонить Николаю", - попросила я. "Угу", - не обратил внимания Волков. Сначала я пила медовуху. Волков пил пиво. Потом я снова пила медовуху, а Волков опять пил пиво. Потом уже и я пила пиво. Потом я яростно отказывалась от того, чтобы Волков налил мне в пиво водку. Потом мне уже было все равно. Потом мы выпили по два ершика. "У нас в деревне были тоже хиппаны!", - кричу я, глядя на входящих в бистро пацанов. "Пиво без водки - деньги на ветер", - орет Волков, подливая мне в стакан. "Что это такое???" - удивляюсь я, пытаясь отмыть в туалете нездоровый румянец с щек, носа и подбородка. "Девушка, как вас зовут?" - спрашивает меня Волков. В одиннадцать часов вечера метро мгновенно переносит нас из бистро прямо к двери Николаевской квартиры. Дверь открывают Николай и Наташа с озабоченными лицами. "Здравствуйте, извините, я опоздала", - пьяным голосом произношу я. "Здравствуйте, меня зовут Юра Волков", - пьяным голосом произносит Юра Волков. Спровадив нежданного гостя, я начинаю просить прощения за столь недостойное поведение. "Да ладно, - добреет Николай, - пиво без водки - деньги на ветер". Дают мне таблетку от головной боли, и идем спать.

За продолжением рассказа к Катьке в гости.


И на сегодня всё. Истории жду, разные, прикольные.!
Ваш Сашка Черняков, Пока!



blog comments powered by Disqus